- Услуги
- Цена и срок
- О компании
- Контакты
- Способы оплаты
- Гарантии
- Отзывы
- Вакансии
- Блог
- Справочник
- Заказать консультацию
Если нужно пройти собеседование при приеме на работу, которую очень хочется получить, назначить кому-то первое свидание; перешагнуть порог комнаты, где полно незнакомых людей, выступить перед серьезной аудиторией, — то нервничать будет практически каждый из нас.
Что заставляет нас чувствовать беспокойство в социальных ситуациях? Почему некоторые люди находятся в тисках собственной робости? Барри Шлепке и Марк Лири отвечают на эти вопросы с помощью теории самопрезентации.
Подтекст социальной тревоги прост: мы чувствуем тревогу, когда хотим произвести впечатление на других, но сомневаемся в своих способностях сделать это. Такой простой принцип помогает объяснить результаты, полученные в разнообразных исследованиях; каждый из них может заключать в себе правду о вашем собственном опыте.
Мы наиболее тревожны:
По своей природе во всех подобных ситуациях мы склонны быть предусмотрительно осторожными:
Застенчивость — это форма социальной тревоги. Ее отличительная особенность — постоянное беспокойство о том, что подумают другие.
Такие люди часто считают, что интервьюер настроен неблагожелательно и совершенно не интересуется ими. Они также преувеличивают степень внимания к своей персоне со стороны окружающих и стремление оценивать их. Если застенчивые люди плохо причесаны или у них на лице есть какое-то пятно или шрам, они полагают, что все окружающие замечают это и судят.
Чтобы снизить социальную тревожность, некоторые люди прибегают к алкоголю. Алкоголь действительно снижает тревогу, так как уменьшает степень самосознания. Таким образом, люди, постоянно себя осознающие, особенно склонны к употреблению алкоголя после неудачи. Если они становятся алкоголиками, то более, чем люди с низким самосознанием, склонны к рецидиву после курса лечения.
Такие разные симптомы, как тревожность и алкогольная зависимость, могут выполнять одну и ту же функцию баланса. Считая себя обеспокоенным, застенчивым, депрессивным или нетрезвым, можно найти оправдание неудаче.
За баррикадой симптомов человеческое эго находится в безопасности. «Почему я не встречаюсь с девушками? Потому, что я человек застенчивый и людям нелегко узнать, какой я на самом деле». Симптом — бессознательная стратегическая уловка для объяснения негативных результатов.
Что, если бы мы устранили потребность в такой уловке, обеспечив людей удобным альтернативным объяснением их тревожности — и, следовательно, возможной неудачи?Перестал бы застенчивый человек быть застенчивым? Да! Именно к такому ответу пришли Сьюзан Бродт и Филип Зимбардо, когда попросили застенчивых и незастенчивых женщин поговорить с привлекательным мужчиной.
Женщины ожидали разговора в маленькой комнатке, где было очень шумно. Некоторым из них (но не всем) было сказано, что шум обычно вызывает учащенное сердцебиение и это следует рассматривать как обычный симптом тревоги.
Когда эти женщины позже разговаривали с мужчиной, они могли приписать учащенное сердцебиение и любые затруднения, возникшие во время беседы, воздействию шума, а не своей застенчивости или неспособности к общению.
По сравнению с другими женщинами, те, кому было дано такое готовое объяснение появившихся у них признаков волнения, проявляли меньшую застенчивость — свободно поддерживали разговор и задавали мужчине различные вопросы. По сути, этот мужчина не имел никаких оснований назвать их застенчивыми.